Безумные скачки по горным тропам подкосили моё нетренированное тело. Вечером начался озноб, поднялась температура, заболел живот. Я натянула все теплые вещи, закуталась в спальник, а поверх построила домик из ватных одеял – все равно было холодно.
После полуночи температура спала, зато со мной начали разговаривать мои мышцы, они каждым своим волоконцем вопили: "Ааа, как мне плохо, щас порвусь". Я аккуратно переворачивалась с боку на бок, стараясь мыщцы не напрягать, уговаривала их потерпеть и извинялась. Разговаривала с Мандакини, упрашивая её передать просьбу о помощи моим братьям-богам. Мандакини обещала помочь.
Наутро я проснулась до будильника.Ног у меня не было, вместо них – два негнущихся, непослушных столба, которые передвигались лишь усилием воли, а не мышц. Спина почему-то тоже болела. И живот. Развешенные с вечера вещи противным образом не высохли, а даже наоборот отсырели. Пришлось доставать запасные джинсы.
Спустилась вниз за водой. Там полно народу – шум и гвалт. Рядом с отелем – горячие минеральные источники, утром и вечером открывают краны и заполняют два бассейна – на открытом воздухе для мужчин и в домике для женщин.
Очень хотелось какой-нибудь горячей воды. Я взяла полотенце и побрела в женское отделение минеральных вод. В помещении темно, свет идет из-под потолка, из отверстий под крышей. Над бассейном, размером примерно десять на тридцать метров, клубится пар. Индийские женщины – кто сидит на краю и поливает голову из маленького латунного кувшинчика, кто плещется в воде, а кто и полощет белье. Т.е. так, все по-простому. Делать нечего – я разделась и вползла в воду. Добрела до угла, где из пасти льва били две горячие струи и там начала разминать свои несчастные ноги.
Потом вернулась в номер. В планах было – покинуть Гаурикунд, чем скорее, тем лучше. Все, что надо было, я получила, и не хотелось более задерживаться в этом мрачном поселке. Однако необходимость собирать вещи удручала. Необходимость впрягаться в рюкзак и передвигать ноги – внушала отвращение. Хотелось горячей воды, интернета и телефона, можно без хлеба, так как мысли о еде тоже были отвратительны…
Когда я приползла на автобусную остановку, локал басов до Рудрапраяга не наблюдалось вовсе. Только в Бадринатх – еще одно паломническое место, куда я ранее намеревалась доехать, а теперь передумала. Мне начали сватать джип за восемьсот рупий, я вяло доторговала до пятиста. Меня усадили на переднее сиденье, а рюкзак погрузили на крышу, привязав к специальным бортикам велосипедным замком. Сзади набилось еще народу. Единственная из всех, я пристегнулась ремнем безопасности и этим решила проблему сохранения вертикального положения тела. У меня были озноб и температура, организм, как та вчерашняя лошадь, не хотел никуда ехать, а хотел в тепло и в туалет, и чтоб не трогали. Я же увещевала и запрещала, и организм тупо смирялся.
Вот поехали. В каждом населенном пункте водитель выкрикивал: "А Рдрпраяг-Рдрпрайаааааг!" – и в джип набивалось еще народу. Иногда на заднем сиденьи ехало пять человек, кто-то на коленях у кого-то. Я висела на ремне безопасности, и мне было относительно хорошо – не надо было напрягать волю, чтоб двигать ногами, и на коленях у меня никто не претендовал сидеть. Дорога меня уже не пугала. По обочинам регулярно встречались таблички с тематическими афоризмами. Например: " No race, no rally, enjoy the beauty of valley!" или "Better later then never!" или даже "If you married divorce from speed!" Видимо, если ты не женат, то хрен с тобой, падай в пропасть – ни одна душа не заплачет.
В Рудрапраяге пересела на локал бас до Карнпраяга. Автобус трясся как припадочный по грунтовке-серпантину. Как будто бы тобой играют в баскетбол. Я переживала за систему автофокусировки камеры и надеялась, что Lowa-pro кофр защитит её. В Карнпраяге пересела на автобус до Гвалдама. Этот тащился немыслимо медленно – 45 км за 3.5ч, весь наполненные сквозняками и индийской музыкой.
В Гвалдам, забытую богом деревню, прибыли затемно. Там пришлось и заночевать, так как по темноте локал басы не ходят. Хорошо хоть, в Гвалдаме есть отели. Прямо от остановки меня проводили в ближайший из них. Войдя в комнату, уронила рюкзак – сил не было никаких, одна лишь воля. Хотелось домой и прям сейчас. Если умирать от дизентерии, малярии и лихорадки – лучше уж на руках у близких людей, а не в чужой стране, в холодной комнате отеля, хоть и с видом на заснеженные Гималаи.
На ночь выпила смекты от дизентерии, судашраны от малярии и чаю тулси от жара и для общего укрепления организма. Натянула все теплое, закуталась в спальник. Голова чуть не лопалась от жара. Было так хреново, что даже не хотелось сдохнуть – наоборот, очень хотелось жить.
В таком бедственном состоянии выяснилось, что аптечку в поездку собирала барышня (т.е. я), оторванная от реальности. Так, в аптечке оказалось несколько пачек бинтов, вата, охлаждающий пакет. Но не было ни жаропонижающего, ни но-шпы.
После полуночи жар спал, стало хорошо. Утром я ощутила, что мои ноги снова со мной, негнущиеся столбы исчезли. В 10ч я погрузилась в очередной локал бас, где в фитнесе "удержи тело в вертикальном положении" и провела около 4 часов. По прибытии в вожделенную Альмору оказалось, что в 4-5 отелях, куда я заглянула, номеров либо нет совсем, либо остались лишь дорогие Deluxe Suit.
Я шла по улице, волоча рюкзак и проклиная вслух и по-русски чертову Альмору, чертову Индию, дуру-себя (не сиделось ей в Ришикеше!!!), вообще все на свете. Главное, ведь пообещала организму, что приедем в Альмору, заселимся в номер с горячей водой и санузлом – и никаких физических нагрузок. А вместо этого брожу с рюкзаком наперевес вверх-вниз по улице, и вожделенная цель все дальше и дальше.
В центре на главной улице образовалась пробка, да такая, что и пешеходы не могли пройти – пробирались, цепляясь за камни в стене, по сточным канавам. Ну и я с рюкзаком – туда же.
Наконец удалось вселиться в Багдешвар Гест Хауз за 450 рупий. Тут же приняла горячий душ, помыла голову и жизнь наладилась. Намерена вести как минимум 1 день исключительно растительное существование, пешие прогулки – в сад, чертовы локал басы – туда же. Накупила фруктов, чай и кипятильник у меня есть. Дверь номера выходит на терассу с видом на Гималаи. В комнате есть телек, можно смотреть фильмы на английском и всяко-разно на хинди – мне все равно, лишь бы говорили что-нибудь. Сегодня сняла аж несколько кадров, а за вчера – ни одного.
От жизни такой я схуднула так, что с меня сваливаются все привезенные штаны и кольцо с безымянного пальца пришлось перенадеть на большой – а то чуть не потеряла пару раз. Впору нацеплять значок «Хочешь похудеть – спроси меня как» ©.
